b_150_100_16777215_0___images_stories_61.jpg b_150_100_16777215_0___images_stories_62.jpg

 

 

 

 

Азаров Г.И. "ЛЕГЕНДЫ И МИФЫ 16-го ИНСТИТУТА. Часть III. ВРЕМЯ И ВЛАСТЬ", 16 ЦНИИИ МО, Москва-Мытищи, 2015г.

Аннотация:

Заключительная книга трилогии «Легенды и мифы…» не является прямым логическим продолжением двух предше-ствующих, ибо акцент легенд в ней смещен в сторону событий, далеко выходящих за рамки деятельности Института. Вместе с тем, версии легенд даны именно в трактовке слухов, рождаемых в Институте на протяжении его многолетней истории. Книга посвящается 92-ой Годовщине Института и адресована его ветеранам, бывшим и нынешним сотрудникам, а также работникам дружественных НИУ МО, промышленных и коммерческих организаций.

Все в нашей власти -
если во власти все наши.

М. Звонарев

Из нас любой, пока не умер он,
Слагает всю науку по частям
Из интеллекта, денег, юмора,
А также отношения к властям.

И. Губерман

Оглавление:

От автора. Заявка на неуспех. 
Преамбула. Мы верили, что мы верили. 

Амбула. От культа личности до культа наличности.
1. Как упоительны в России вечера.
2. Великий и ужасный.
3. Оборотни в петлицах.
4. Тени сионских мудрецов.
5. Баллада о людоеде.
6. Гигант мысли, отец партийной демократии.
7. Скромное очарование застоя.
8. Отцы и дети.
9. В стране невыученных уроков.

Постамбула. Мы думали, что мы думали.
Библиография.

Приложение.
П.1. Военные во власти.
П.2. Эволюция «органов».
П.3. Хронология событий еврейской жизни.
П.4. Мультикратия власти.
П.5. Власть и капуста.

P.S.

 

Чтобы не читать чужие глупости -
лучше писать свои.

С. Федин

От автора. Заявка на неуспех.

Живший в XVIII в. французский философ Клод Анри Гельвеций высказал как-то крамольную мысль: «Истину можно найти только в запрещенных книгах. В остальных лгут». Данная книга не является запрещенной и посему не претендует на открытие абсолютных истин. Легенды, изложенные в ней, не открывают ничего нового – они несколько по-иному расставляют акценты. Речь о защите авторских прав не идет. Любая часть книги может быть воспроизведена в произвольной форме и какими угодно средствами, включая размещение в интернете и корпоративных сетях для частного пользования. Разрешений, ограничений и ссылок на автора не требуется. Защиты авторских прав не предусматривается. Автор не выстраивает никакой концепции. У него ее нет. Есть стремление уточнить, как развивались те или иные события на самом деле. Главным методом при этом является пресловутая «бритва Оккама» - все лишнее отсекается, остается лишь существенное (огрызок, который есть внутри каждого яблока). Помещенные в книге легенды не являются общим, внутренне непротиворечивым, изложением некой правильной «средней линии». Автор сознательно оставил в тексте часто конфликтующие между собой аргументы и оценки. Если книга заставит задуматься над неожиданными вопросами, даст новые представления о прошлом и настоящем, и особенно, если у кого-то возникнет желание указать автору на абсурдность его аргументов и бедность воображения, мол, русской тройкой бред несется, сметая мысли на пути, значит, он вполне преуспел в своем начинании.

Храни вас Бог зимой и летом
От бед и происков врага,
С воен-полит-физкульт-приветом
Г.И. Азаров – Ваш слуга.

#########################################


Верить, значит отказываться понимать.

А.Бурже

Друг друга отражают зеркала,
Взаимно искажая отраженья.
Я верю не в непобедимость зла,
А только в неизбежность пораженья.

Г.Иванов

Преамбула.
Мы верили, что мы верили.

Заключительная книга трилогии «Легенды и мифы 16-го Института» должна была стать прямым логическим продолжением двух предшествующих. Но книги живут своей жизнью. И посему в заключительной книге («Время и власть») акцент легенд, непроизвольно сместился в сторону событий далеко не институтского масштаба. Вместе с тем, версии легенд даны именно в трактовке слухов, рождаемых в Институте на протяжении 92 лет его существования.* Легендарные слухи об эрогенных зонах и периодах, в которых жил развивался и творил Институт, могут существенно отличаться не только от официальных версий событий, но и от общепринятых трактовок советско-российской классики. Такой подход не имеет ничего общего с эгоцентризмом чудака В.В.Розанова** , который, как известно, заявлял: «История России вовсе не Карамзин, а история водки и не допетой песни; «…на предмет надо иметь именно 1000 точек зрения. Это координаты действительности и действительность только через 1000 и улавливается…». С другой стороны односторонний, застывший взгляд никогда не позволит понять суть вещей. Когда М. Цветаевой, очень близорукой, предложили носить очки, она ответила: «Не хочу. Потому что я уже сама себе составила представление о людях и хочу верить, что они такие, а не такие, каковы они на самом деле». Вера – это всегда хорошо для удобства души и ее спокойствия. Она несколько ослепляет человека, позволяя ему не замечать мучительных противоречий жизни. Как говорил Е. Лец: «Нельзя одним и тем же мозгом мыслить и верить». Вера у человека формируется с детства. С пеленок воспринимаемый мирок становится на всю жизнь родным – вне зависимости от того, насколько он верен канонам мира большого. Впитанное в детстве делается своим, а все иное, что встречается после – чужим. И если чужого вокруг оказывается больше, это не делает его своим – просто для данного человека своего в мире оказывается меньше, нежели чужого. И если человек по каким-либо причинам лишается своего, если свое гибнет или исчезает – от этого чужое не становится своим. Просто у человека вообще не остается своего. Своим для него остается лишь он сам. Всю жизнь потом он выплясывает в убеждении, что жизнь отвратительна, мир кругом мерзок, грязен и подл, и лишь он один – весь в белом… Однако самые бессмысленные и нелепые, самые дикие трагедии происходят, когда кто-либо своею волей, повинуясь болезненным выкрутасам собственной души, пытается восстать против того, что для него нормально – в наивной и губительной надежде найти нечто лучшее, нежели свое. Такова была преамбула, а вот и амбула. Есть в медицине такое понятие – фантомная боль. Человеку отрезали ногу, а ему еще долго кажется, что болит коленка, которой давно нет. Судьба СССР – фантомная боль многих поколений, выросших в Советском Союзе людей. События, предшествующие его распаду, неоднозначны, поддаются самым различным, в том числе, противоречивым интерпретациям. Несомненно, вдохновителем и создателем СССР был Сталин – один из наиболее значимых и спорных государственных деятелей ХХ века, жизнь которого овеяна множеством мифов и легенд. Он обладал даром видеть будущее, мужеством брать на себя ответственность и математическим умом, который мог выстраивать приоритеты. Все вместе это внушало страх. Страх стимул сильный, но кратковременный, ничего прочного на этом фундаменте не построишь. Поэтому СССР и обанкротился, что страх помаленьку иссяк, а нового двигателя так и не появилось. СССР сумел решить задачу создания постиндустриального уклада с развитыми сферами образования, науки и культуры. Но при этом не смог решить задач, которые успешно решает буржуазное общество, не смог создать эффектное сельское хозяйство, легкую промышленность и сервис, обеспечивающие граждан качественными потребительскими товарами и услугами. Смог послать человека в космос, но не смог создать нормальный легковой автомобиль. Советские ученые получали нобелевские премии по химии и физике, а молодежь не могла себе позволить носить модные джинсы и кроссовки. Возникло противоречие между прорывами в одних сферах и провалами в других. При этом получилось то, о чем писал Л.Н.Толстой в своем дневнике после брачной ночи: «НЕ ТО». Но все ли то, было «НЕ ТО?» «…Ведь человек и суетен, и грешен, не отличает в слепоте своей, немногие существенные вещи от многих несуществующих вещей». Если данная книга хотя бы в малой степени поможет ощутить эти отличия, можно считать ее миссию выполненной.

------------------------------------------------
* Как известно слухи лучшая визитная карточка, а легенда есть квинтэссенция слухов. – прим.авт.
** В.В.Розанов (1856-1919) – философ, публицист. Был женат на А.П.Сусловой (бывшей любовнице Ф.М.Достоевского), которая была старше его на 17 лет. Его взгляды вызывали противоречивые оценки современников, что объясняется тяготением к крайностям и обвивалентностью мышления. Например, события 1905 г. он освещал с разных позиций, выступая в «Новом времени» под своей фамилией как монархист. В других изданиях под псевдонимом В.Варварин выражал революционную точку зрения. – прим. авт.

 

Чему бы только нас не обучали,
Но если все до афоризма сжать –
То главное - и в счастье, и в печали,
Существенное в жизни отличать

Л. Александров (Блюменфельд)


#########################################


 

 

Думать – самая трудная
из работ. Видимо, поэтому так
мало людей ею занимаются.

Г.Форд

Постамбула.
Мы думали, что мы думали.

 

Мы думали, что мы думали. На самом деле мы не думали, мы изучали. В профильных ВУЗах изучали разные прикладные науки, но одну науку – марксистскую изучали всегда и везде, включая специальные университеты марксизма – ленинизма. Марксистская наука, при всей всегдашней нелюбви к ней апологетов точных наук и нынешней нелюбви гуманитариев, имеет некую основу. И основа эта связана с именем Г.В.Плеханова (1856-1918 гг.), который, как и другие известные марксисты начала ХХ в. – К.Каутский, Э. Берштейн, О.Бауэр, Р.Люксембург, понимал, что началась новая эпоха. Однако, в отличии от них, Плеханов пришел к выводу, что новая эпоха принципиально отличается и от капитализма и от того, что марксисты тогда принимали за социализм. Эти выводы Плеханов изложил в своем «Политическом завещании», продиктованным им за месяц до смерти. Именно, опираясь на марксистскую теорию, Плеханов пришел к выводу о неготовности к социалистической революции и России и всего мира. Что касается выводов Ленина и Троцкого о немедленной социалистической революции, то они были сделаны вследствие радикального разрыва с фундаментальными положениями марксизма об объективных условиях и необходимости наступления социалистического строя. Вообще-то противоречия между методом марксизма – диалектикой и его идеями существовали всегда. Сама трактовка социализма, как нового «вечного строя», противоречит диалектическому принципу непрерывного развития. Теория относительности полностью сочетается с диалектикой, но не вписывается в марксистскую теорию мира: ведь тогда и социализм относителен. Ленин довел разрыв между методом и теорией до логического завершения. Он видел, что новая эпоха развития капитализма не вписывается в старые марксистские истины. Однако вместо того, чтобы исследовать новое с позиций диалектики, Ленин отказался от самого метода. Плеханов, в отличие от Ленина, рассматривает новые явления ХХ в. в рамках сугубо диалектической методологии: изменения в производстве – изменения в классовой структуре общества – выводы для политической деятельности. Он считает, что в ХХ в. развитие производительных сил связано не с пролетариатом, а с интеллигенцией. По Плеханову, в производстве главным становится научно – технический прогресс, а источник этого прогресса интеллигенция. И посему она должна стать ведущим классом нового общества. Если пролетариат не самый прогрессивный класс, то его диктатура не облегчает, а затрудняет развитие общества. Такая диктатура не способна организовать процесс развития производительных сил наилучшим образом. Чем станет партия рабочего класса – коммунистическая, если этот класс не ведущий и не самый прогрессивный в обществе? С этой партией надо считаться и сотрудничать, но ее нельзя ставить во главе общества. Интеллигенция же, согласно Плеханову, гораздо ближе не к узкоклассовым концепциям политики, морали, культуры и т.д., а к общечеловеческой составляющей всех этих компонентов цивилизации. В то же время для интеллигенции непременным условием ее творческой деятельности является свобода. Как говорится, хуже власти, ненавидящей интеллектуалов, только интеллектуалы, любящие власть. Поэтому Плеханов считает невозможной «диктатуру интеллигенции». Он доказывает, что ленинизм радикально противоречит классическому марксизму. Это различие видели все. Но скажем, Сталин в «Вопросах ленинизма» трактовал это различие как развитие марксизма. Плеханов же пишет о его искажении. В «…завещании» анализируются возможные перспективы советской власти. Автор видит варианты и быстрого (среднесрочного) краха, и, что очень важно, достаточно длительного исторического периода. В конечном счете, провал неизбежен, «когда большевистская власть начнет разлагаться изнутри». Если интеллигенция, по Плеханову главный класс, то умственный труд – главный вид труда. Но умственный труд имеет дело не с материальным веществом, а с информацией, которая не подчиняется законам преобразования материи и энергии. Поэтому трудовая теория с ее следствием – теорией прибавочной стоимости, базирующейся на принципе отчуждения, тут не подходит. Концепция эксплуатируемого класса, заключающаяся, согласно Марксу, в отчуждении части произведенного продукта, теряет под собой основу. При передаче кому-то информации передающий не лишается ее сам. Как говорил Б. Шоу: «Если у вас есть яблоко и у меня есть яблоко, и если мы обмениваемся этими яблоками, то у вас и у меня остается по одному яблоку. А если у вас есть идея и у меня есть идея, и мы обмениваемся этими идеями, то у каждого будет по две идеи». Понимали ли это лидеры государства? По крайней мере, попытки были. Например, сталинская забота об ученых, инженерах, писателях, уровень их зарплат в то время. Андропов Ю.В. ничего не успел сделать, но его слова «Лучше поссориться с женой, чем с интеллигенцией» говорят о том, что вероятнее всего понимал. Решение М. Горбачева заранее выделить интеллигенции определенное количество мест на 1 Съезде народных депутатов СССР, тоже из этой серии. В целом же предвидение Плеханова, его основные теоретические положения оказались невостребованными в России. Но за игнорирование своего главного капитала – интеллекта, нация расплачивалась в прошлом, расплачивается и в настоящем. При этом из России продолжают утекать не только мозги, но и мышцы, если у них есть мозги. К. Маркс, несомненно, признавал наличие иерархических структур, однако, судя по всему, полагал, что их существование поддерживается только в капиталистическом обществе. В своей борьбе за общество, избавленное от любых иерархий, он не сумел увидеть и понять, что человек иерархичен по самой своей природе, а потому должен и будет всегда строить иерархии. Маркс, впадая в явное противоречие с собственными идеями, предлагает, чтобы в обществе без иерархий, о котором он мечтает, основополагающим принципом стал постулат «От каждого по способностям, каждому по потребностям». А ведь это означает создание двух взаимоувязанных иерархий – способностей и потребностей. Однако хорошо известный принцип Питера доказывает: нельзя надеяться, что от каждого можно добиться работы «по способностям». Чтобы достичь этого, необходимо удерживать всех работников на их уровне компетенции. Но ведь это невозможно: каждый работник в соответствии с принципом Питера должен рано или поздно подняться до своего уровня некомпетентности, а когда он очутится на этом уровне, то будет уже не в состоянии давать отдачу в соответствии со своими способностями. Таким образом, мы видим в марксистской теории несбыточную мечту и еще один вид опиума для народа. Ни одно из правительств, пытавшихся применить указанную теорию на практике, так и не смогло заставить ее работать. Вот и мы шли правильным путем в неправильном направлении. Цивилизация странная вообще-то штука. Двигают ее вперед молодые люди, не удовлетворенные существующим положением дел, а тормозят «старики», убедившие себя, что гармония с окружающим миром ими достигнута. При этом, те, кто деятельно переустраивает мир, никогда не бывают удовлетворены результатами. Они подгоняют свой поезд к избранной станции и сходят на перрон – но состав не стоит на месте, и ждать их не будет. Экспресс уходит, и бесполезно пытаться его остановить, цепляясь за подножку. Можно в знак протеста лечь на рельсы – многие из вчерашних бунтарей так и поступают. А можно спокойно занять свое место в пассажирском вагоне. Не выдвигать новые идеи и не бороться с этими идеями, а изучать взаимосвязи между ними и делать выводы. Короче, попросту жить. По сути, позиция не хуже многих других. Кроме всего прочего, она дает пассажирам возможность подготовить нового машиниста, который поведет состав туда, куда они хотят. Только нельзя забывать, что дорога, по которой идет поезд, постоянно меняется, и рельсы, хорошо знакомые вчера, сегодня могут вести совсем в другую сторону. А то и вовсе – в тупик.

Российская лихая птица – тройка
Со всех концов земли сейчас видна
И кони бьют копытами так бойко,
Что кажется, что движется она…

И. Губерман

#########################################


Многие хвалят одни книги,
а читают все же другие.

Марциал

P.S.

Многие могут подумать, что превращать высокую литературу в обманчиво простую форму легенд не только не нужно, но и вредно. Мол, пересказ глупым человеком того, что говорит умный, никогда не бывает правильным, т.к. он бессознательно превращает то, что он слышит, в то, что может понять. Автор осознает это в полной мере и готов к обоснованной, конструктивной, а также необоснованной и неконструктивной критике сверху, снизу и сбоку. Спрашивать же автора, что он думает о своих критиках – все равно, что спрашивать фонарный столб, что тот думает о собаках, ибо смысл написания любой книги лишь в том, чтобы поднять настроение самому себе.

В книгах все ложь, но в этой лжи больше
правды, чем в действительности.

Л. Фейхтвангер