b_150_100_16777215_0___images_stories_41.jpg

 

 

 

 

Азаров Г.И. "ЛЕГЕНДЫ И МИФЫ 16-го ИНСТИТУТА. Часть I. СЛОВО И ВРЕМЯ", 16 ЦНИИИ МО, Москва-Мытищи, 2013г.

Аннотация:

Эта книга еще одно доказательство того, что информация, которую нынче величают «человеческими знаниями», начиная с первобытного строя и кончая нашей технической эрой – это не что иное, как все усложняющаяся система легенд. Одни из них рождаются стихийно, другие создаются и популяризируются преднамеренно. В любом случае легенда, признаваемая приемлемой, должна включать взаимодополняющие факты, каждый из которых занимает определенное место в едином, связанном ходе событий. При этом, чем она проще, компактнее и закономернее, тем больше вероятность того, что дело было именно так, а не иначе.

Книга посвящается 90-летию 16 ЦНИИИ МО РФ, его ветеранам, бывшим и нынешним сотрудникам, а также симпатизантам Института из дружественных НИУ МО, промышленных и коммерческих организаций.

Оглавление:

- Предисловие. 
- Прелюдия. Что есть легенда 
- Фабли о первопроходцах
- По приказу «Демона революции»
- Чаепитие в Мытищах
- Легенды о «лучах смерти»
- Саги о героях
- Квадратура круга
- Баритон в космическом хоре
- Схолии. Между легендарным вчера и мифическим завтра
- Постскриптум

Предисловие:

У нас есть три вида истории: одна для
гостиных, другая для гостиниц, третья -
для гостиного двора.

А.С. Пушкин

Эта книга имеет много недостатков. Она написана по одной простой причине. Очень хотелось такую книгу прочитать, но её не было. Не было в списке «парадных» институтских публикаций чего-то, позволяющего ощутить дух времени, почувствовать атмосферу происходящих событий, услышать голоса их участников. А мы, обыкновенные люди, не считая очень узкой категории книжных червей - всяких архивариусов, профессоров истории и прочей скучной высушенной публики, так уж устроены, что не любим ничего абстрактного. Нам подавай конкретику, чтобы можно было пощупать собственными руками, понюхать, а пожалуй, ещё и лизнуть языком: «Не кисло ли?» Можно ли, например, после прочтения карамзинской «Истории государства Российского» представить Екатерину II и Потёмкина во плоти и крови? Сухое перечисление их деяний нисколько не волнует нас, не заставляет работать воображение. То ли дело несколько строк, вскользь брошенных классиком: * «… Вакула увидел перед собой небольшого роста женщину, несколько даже дородную, напудренную с голубыми глазами и вместе с тем величественно улыбающимся видом …». «… Вошел в сопровождении целой свиты величественного роста довольно плотный человек в гетманском мундире, в жёлтых сапожках. Волосы на нём были растрепаны, один глаз немного крив, на лице изображалась надменная величественность, во всех движениях привычка повелевать…». Всего несколько пустяковых штрихов, - и обе фигуры как живые. А как представить себе создателей Института, его руководителей, ведущих ученых, старших и младших научных сотрудников, которые ходили, говорили, творили. Не по сухим же перечислениям НИОКР и разработанным образцам техники связи. Поэтому и отношение к ним, такое как к персонажам сказки, происходящей в некотором царстве тридевятом государстве, где бесплотно бродят какие-то абстрактные призраки. Нет, ты представь, что в это время происходило в стране и Армии, оцени обстановку в Институте, прикинь почему ставились те или иные работы, как оказались в Институте их исполнители. Вот за эту маленькую закорючку хвостика и можно вытащить живую картинку – легенду. По словам В.Гюго «история нужна для целого, а легенды для деталей». Но, не зная деталей, трудно представить нюансы происходящего, из которых возникали идеи, воплощаемые в конкретные образцы техники связи. В контексте изложенного, легенды, рожденные в тени институтского забора, представляют для профессионалов не меньший интерес, чем официальная «парадная» история Института, воспринимаемая как последовательность событий, когда их «внутренняя кухня» остается за кадром. А без этого трудно отличить важные события от заурядных, и получается «хрен в маринаде». «Это всё не ерунда, дружище Шольц, - говорил профессионал папаша Мюллер,- Это очень даже не пустячки!» Человек, не умеющий видеть детали и понимать их суть, хочет он того или нет, невольно становится участником «Red herring» **. По старой советской привычке – читать между строк мы желаем видеть то, что нам не показывали, слышать то, что нам не говорили, знать то, что от нас скрывали. В этом смысле легенда правдивее факта, она объясняет, каким образом определенная цель была достигнута, столь же определенными средствами. «А если фактов не хватает, - как говаривал Гегель,- тем хуже для них». Лицам, предпочитающим иную трактовку событий, не следует беспокоиться. Легенда гуляет сама по себе. В любой момент, по первому требованию автор принимает обратно слова и корректирует фабулы легенд, принося взамен эквивалентное количество извинений.

Мы не можем переделать историю, но
мы может передумать её.

Ю.Левада


------------------------------------------------
* Н.В.Гоголь. Ночь перед рождеством. ПСС М: изд. «Худ. литература». 1959.
** «Red herring» (англ. букв.- «Красная селедка») – на сленге американских спецслужб – операция по дезинформации. – Прим.авт.

 

Легенда это союз между умершими,
живыми и еще не родившимися

Эдмунд Берк

Прелюдия.Что есть легенда.

Различные периоды в жизни человека представляют для него различную ценность. У каждого есть свой особый запоминающийся период, в котором он ощутил наивысший взлет, полнее всего себя проявил. Чтобы потом с ним не про-изошло, всё это только спад, застой или энергия того взлёта. Таким периодом у иных бывает детство – и тогда они на всю жизнь остаются детьми. У других - первая любовь и именно они сочиняют мифы о том, что любовь дается только один раз. Для тех, кто воевал – это война. Те, кому пришлось на такой период время их наибольшего богатства, почета, власти – до беззубых дёсен шамкают о своём былом величии. Эта книга, прежде всего для тех, у кого такой период связан с Институтом. Кто прочувствовал его с жарком и лед-ком, хлебнул с хренком и медком, побывал вместе с ним в бамбуковом положении, в жёсткой позиции и в неудобной позе. Есть многое, о чём не говорится в официальной истории Института. А если о чём-то не говорить, то этого как бы и не существует, молчание стирает в памяти образы людей и воспоминаний об их поступках. Рано или поздно они поблек-нут, а затем и вовсе сотрутся. Как заметил П.Чаадаев: «не-знание истории это не незнание фактов (их достаточно), а не-достаток размышлений и неправильность суждения,- в этом смысле легенда информативнее факта: она говорит нам, каким человек был для своего века, факт же каким он стал для не-скольких ученых крохоборов десятки лет спустя». К тому же иногда легенда позволяет ближе подобраться к правде, с которой при длительном её хранении в памяти происходят любопытные аберрации, тут уж ничего не поделаешь, законы человеческой психики – не правила игры на компьютере. Вместе с тем, подавая информацию в форме легенд, важно не сбиться на эту, принятую иногда манеру писать как бы не для людей, а для дурачков, которые жизни не видели и по слабоумию рады любой погремушке. Технология реконструирования легенд сродни работе криптографа, подбираю-щего шифр к тайнам исчезнувшей цивилизации. По существу это форма научно-исторических исследований, основы методологии которых были заложены ещё В.Н.Татищевым * . «За-слуга Татищева, - писал С.М.Соловьев,- что он начал дело, как следовало начать: собрал материалы, подверг их критике, свёл летописные известия, снабдил их примечаниями, гео-графическими, этнографическими и хронологическими, ука-зал на многие важные вопросы, послужившие темами для позднейших исследователей». Один из таких «позднейших исследователей» А.Ф. Лосев** считал легенды важным универсальным инструментом реконструирования истории науки. «Если брать реальную науку, - писал он,- то есть науку, творимую живыми людьми в определенную историческую эпоху, то она не только сопровождается легендами, но и питается ими, почерпывая из них свои исходные интуиции. Наука не рождается из легенды, но и не существует без неё. Потому, что в каждой легенде есть зерно истины, которое снова может стать «нашим хлебом насущным». В данной книге легенда трактуется как некая рабочая среда для иллюстрации институтских событий, подпитываемая архивными материалами, воспоминаниями ветеранов, мемуарными и художественными публикациями. В каждой легенде есть историческая канва, надстройка и базис. Историческая канва позволяет рассматривать те или иные события, происходящие в стране, Армии и Институте, с учетом особенностей соответствующего периода времени. Надстройка – это «задвинутая телега », та морковка, которая при чтении ведет от страницы к странице, не позволяя заснуть. Базис – креативное ядро, осуществляющее сцепление текста с реальностью, без чего легенда превращается в байку или эскапистскую болтовню. Основные материалы первой части книги (главы 2-7) охватывают период от создания Института (1923) до запуска первого спутника связи «Молния-1» (1965). Первая глава по-священа замечательной плеяде ученых-первопроходцев в области связи. Заключительная часть содержит авторские комментарии тенденций развития отечественной науки в условиях современных реалий. Возможно, некоторая обстоятельность в различных технических деталях выглядит для непосвященного занудством. Но пока количество деталей не достигнет критической массы, событие не может состояться: ему нет основания. По мере же их накопления в один прекрасный момент оказывается, что действие уже идет полным ходом, преподносит сюрпризы и бьет ключом по голове. Версии легенд ни в коей мере не претендуют на окончательность мнений. Они намеренно полемичны и оставляют простор для раздумий. И если вдруг дело дойдет до раздумий, отправной точкой для них может послужить следующая «задвинутая телега ***»: - Что за люди работают в Институте? – спрашивает у пожилого институтского кадровика некий кандидат на вакантную должность. - А кто работает там, где вы служили раньше? - Да, мерзавцы, тупые и завистливые. - Здесь то же, самое, - говорит кадровик. Представляется другой кандидат и тоже спрашивает «за народ» в Институте. - А кто работает в вашей прежней «конторе»? - Прекрасные люди, настоящие ученые. - В нашем Институте вы найдете таких же, - следует ответ. - Почему вы одному сказали, что в Институте работа-ют мерзавцы, а другому, что хорошие люди? – спрашивает кадрового аса молодая помощница. - Везде есть и хорошие люди и плохие, - улыбается тот. – Просто каждый находит только то, что умеет искать.


Легенда это вам не мелодрама с латентными садомазохистскими коннотациями.

NN

-------------------------------------
* Василий Николаевич Татищев (1686-1750) один из первых русских учёных-историков, в отличие от официальных «летописцев» имел репутацию «вольнодумца» - Прим.авт.
** Алексей Федорович Лосев (1893-1988) русский, советский филолог и философ, профессор (1923), доктор филологических наук. Автор основополагающего труда «Диалектика мифа» и др. (всего более 100 работ по этой теме).- Прим.авт.
*** Что такое телега? Телега – это та же байка, притча. Цель «задвинутой телеги» - смещение точки сборки, изменение восприятия, взлом статики мышления. - Прим.авт.

 

У каждого портного свой взгляд на искусство

К.Прутков

Постскриптум:

 

Что бы ты не написал, обязательно найдется много людей, которые будут искренне полагать, что получилась сущая белиберда, и всегда найдутся люди, которые останутся совершенно равнодушны к написанному, им будет попросту наплевать – написал ты это или даже не написал вовсе. Во всяком случае:

«Feci guod potui meliora potentes»*.



-----------------------------------------
* «Я сделал все что мог, кто может, пусть сделает лучше (лат).
Так римские консулы завершали свою отчетную речь, передавая полномочия преемнику».